Психологическая сцена.Впечатляет.Из книги "Идиот" Достоевского.
۞ ۞ ۞
Rimasero così per alcuni istanti, l'una di fronte all'altro,
faccia a faccia. Ganja continuava a
tenerla per il braccio. Varja dette uno strattone, poi un
altro, con tutte le sue forze, ma non resistette, e d'un tratto, fuori di sé, sputò in faccia al fratello.
«Che ragazza!» gridò Nastas'ja Filippovna.
«Bravo, Pticyn,
mi congratulo con voi!»
A Ganja si annebbiò la vista, e, ormai completamente fuori
di sé, con tutta la forza alzò il
braccio contro la sorella. Il colpo l'avrebbe raggiunta in
piena faccia, ma d'un tratto un'altra mano fermò al volo quella di Ganja.
Tra lui e la sorella c'era il principe.
«Smettetela, basta!» fece questi con fermezza, ma tremando
tutto anche lui, come per una
scossa violenta.
«Ma allora, mi attraverserai sempre la strada?» urlò Ganja
lasciando il braccio di Varja, e,
con la mano ormai libera, al culmine del furore, dette uno
schiaffo al principe con tutto lo slancio.
«Ah!» fece Kolja congiungendo le mani, «ah, mio Dio!»
Si udirono esclamazioni da tutte le parti. Il principe
impallidì. Guardò Ganja dritto negli
occhi, con uno strano sguardo di rimprovero; le sue labbra
tremavano, e si sforzavano di dire
qualcosa. Un sorriso strano, assolutamente fuori luogo, le
increspava.
«Be', a me sia pure... ma lei... comunque non lo
permetterò!...» disse infine piano, ma ad un
tratto non resse più, lasciò Ganja, si chiuse il viso tra le
mani, se ne andò in un angolo, il viso contro la parete, e con voce rotta disse:
«Oh, come vi vergognerete per quest'azione!»
۞ ۞ ۞
E voi non vi vergognate?! Siete forse quale poco fa avete
ostentato di essere? È forse
possibile?» esclamò d'un tratto il principe, con un tono di
profondo rimprovero che veniva dal
cuore.
Nastas'ja Filippovna rimase stupita, sorrise, ma come se
sotto quel suo sorriso nascondesse
qualcosa, e, alquanto turbata, gettò un'occhiata a Ganja e
uscì dal salotto. Ma, prima ancora di
arrivare all'ingresso, d'un tratto si voltò, si avvicinò
svelta a Nina Aleksandrovna, le prese la mano e se la portò alle labbra.
«È vero che non sono così, ha indovinato» mormorò in fretta,
con calore, avvampando e
arrossendo tutta, e, voltatasi, uscì, questa volta tanto
rapidamente che nessuno ebbe il tempo di capire perché era tornata indietro.
۞ ۞ ۞
La porta si spalancò, e, del tutto inaspettato, entrò Ganja.
Non esitò nemmeno vedendo Varja; rimase un istante sulla
soglia, e improvvisamente si
avvicinò deciso al principe.
«Principe, ho agito da vile, perdonatemi, caro» disse d'un
tratto con molto sentimento. I
lineamenti del suo viso esprimevano un forte dolore. Il
principe lo guardò sbalordito e non rispose subito.
«Via, perdonatemi, perdonatemi dunque!» insisteva
Ganja impaziente. «Su, se volete sono
pronto a baciarvi la mano!»
Il principe era straordinariamente impressionato, e
abbracciò Ganja in silenzio cingendolo
con tutt'e due le braccia. Si scambiarono un bacio sincero.
«Non avrei mai, mai pensato che foste così» disse infine il
principe tirando il fiato a fatica,
«pensavo che voi... non ne foste capace.»
«Di riconoscere le mie colpe...? E da che cosa mai, prima,
avevo dedotto che foste un
idiota?... Voi notate ciò che altri non noteranno mai. Con
voi si potrebbe parlare, ma... è meglio non parlare!»
«Ecco davanti a chi dovete ancora riconoscere le vostre
colpe» disse il principe, indicando
Varja.
۞ ۞ ۞
Несколько
мгновений они простояли так друг против друга, лицом к лицу. Ганя все еще
держал ее руку в своей руке. Варя дернула раз, другой, изо всей силы, но не
выдержала и вдруг, вне себя, плюнула брату в лицо.
— Вот так
девушка! — крикнула Настасья Филипповна. — Браво, Птицын, я вас поздравляю!
У Гани в глазах
помутилось, и он, совсем забывшись, изо всей силы замахнулся на сестру. Удар
пришелся бы ей непременно в лицо. Но вдруг другая рука остановила на лету
Ганину руку.
Между ним и
сестрой стоял князь.
— Полноте,
довольно! — проговорил он настойчиво, но тоже весь дрожа, как от чрезвычайно
сильного потрясения.
— Да вечно, что
ли, ты мне дорогу переступать будешь! — заревел Ганя, бросив руку Вари, и
освободившеюся рукой, в последней степени бешенства, со всего размаха дал князю
пощечину.
— Ах! — всплеснул
руками Коля, — ах, боже мой!
Раздались
восклицания со всех сторон. Князь побледнел. Странным и укоряющим взглядом
поглядел он Гане прямо в глаза; губы его дрожали и силились что-то проговорить;
какая-то странная и совершенно неподходящая улыбка кривила их.
— Ну, это пусть
мне... а ее все-таки не дам!.. — тихо проговорил он наконец; но вдруг не
выдержал, бросил Ганю, закрыл руками лицо, отошел в угол, стал лицом к стене и
прерывающимся голосом проговорил:
— О, как вы
будете стыдиться своего поступка!
۞ ۞ ۞
— А вам и не стыдно! Разве вы такая, какою теперь представлялись. Да может
ли это быть! — вскрикнул вдруг князь с глубоким сердечным укором.
Настасья Филипповна удивилась, усмехнулась, но, как будто что-то пряча под
свою улыбку, несколько смешавшись, взглянула на Ганю и пошла из гостиной. Но,
не дойдя еще до прихожей, вдруг воротилась, быстро подошла к Нине
Александровне, взяла ее руку и поднесла ее к губам своим.
— Я ведь и в самом деле не такая, он угадал, — прошептала она быстро,
горячо, вся вдруг вспыхнув и закрасневшись, и, повернувшись, вышла на этот раз
так быстро, что никто и сообразить не успел, зачем это она возвращалась.
۞ ۞ ۞
Дверь отворилась,
и совершенно неожиданно вошел Ганя.
Он даже и не
поколебался, увидя Варю; одно время постоял на пороге и вдруг с решимостью
приблизился к князю.
— Князь, я сделал
подло, простите меня, голубчик, — сказал он вдруг с сильным чувством. Черты
лица его выражали сильную боль. Князь смотрел с изумлением и не тотчас ответил.
— Ну, простите, ну, простите же! — нетерпеливо настаивал Ганя, — ну, хотите, я
вашу руку сейчас поцелую!
Князь был поражен
чрезвычайно и молча, обеими руками обнял Ганю. Оба искренно поцеловались.
— Я никак, никак
не думал, что вы такой! — сказал наконец князь, с трудом переводя дух. — Я
думал, что вы... не способны.
—
Повиниться-то?.. И с чего я взял давеча, что вы идиот! Вы замечаете то, чего
другие никогда не заметят. С вами поговорить бы можно, но... лучше не
говорить!
— Вот пред кем
еще повинитесь, — сказал князь, указывая на Варю.
۞ ۞ ۞
Nessun commento:
Posta un commento